Многие из них не успели толком собрать свои пожитки, спасаясь от войны, которую они не понимали, ища убежище, как им казалось, временное – на несколько дней, недель или месяцев - но уж точно не на годы. Сегодня, более 2 лет спустя после разрушения их лагеря в ходе конфликта, жители Нахр аль-барид продолжают ждать возможности вернуться в свои жилища, пребывая в незнании – как и когда это произойдет. Их проблемы перекликаются с историями их прародителей, изгнанных из Палестины.
«Я провел там лучшие годы, - говорит Салих Джаудат, владелец магазина около разрушенного палестинского лагеря беженцев на севере Ливана. - Мы все жили и работали вместе. Я никогда не замечал, как идет время. Но я знаю точно, сколько времени прошло с тех пор, как лагерь был разрушен».
Из всех лагерей беженцев в Ливане Нахр аль-барид, вероятно, был наименее склонным к насильственному конфликту, не говоря уже о трехмесячной войне, оставившей городок с 33 тысячами жителей в руинах.
До войны 2007 г. (19 мая – 24 августа) между ливанской армией и группировкой «Фатах уль-Ислам» Нахр аль-барид опровергал все стереотипы о грязных палестинских лагерях беженцев. В этом поселении на средиземноморском побережье палестинцы и ливанцы жили и работали бок о бок, вступали в браки между собой.
Теперь палестинцы тешатся ностальгией о том, как бизнесмены приезжали из самого Бейрута за удачными сделками в Нахр аль-барид, который в те времена был крупнейшим рынком на севере Ливана.
И ливанцы, и палестинцы спешат с гордостью заверить вас, что палестинцы Нахра аль-барида – часть ливанского общества, и ничем от него не отличается – пожалуй, такое утверждение не так уж часто можно услышать в этой части планеты, где «право на возвращение» считается священным, а дискриминационные законы не дают палестинским мусульманам пользоваться элементарными правами.
«До разрушения жизнь была хороша», - вспоминает Шади Авад, выросший в Нахр аль-бариде и работающий в мясной лавке на окраине лагеря. «Все было хорошо. Это был лучший лагерь в Ливане. У нас было все – поликлиники, продовольственные магазины, магазины одежды», - говорит он.
Теперь, говорит Шади, «людям запрещено входить на территорию лагеря. Я скучаю по прежней добрососедской атмосфере. Жаль, что мы не можем больше навещать друг друга». «Со всеми этими проверками и блокпостами можно сказать, что экономика мертва, и то же самое происходит с сообществом», - добавляет он.
Из своего магазина, где продается мясо птицы, через шоссе к Триполи Авад он видит лагерь, который когда-то был неотъемлемой частью местного общества и экономики. К примеру, там было 20 стоматологических поликлиник, которые обслуживали все население северного Ливана. Теперь Нахр аль-барид, когда-то один из живописнейших городов побережья, спрятан за металлическими баррикадами, мешками с песком и колючей проволокой.
Ливанские солдаты проверяют документы и обыскивают машины при въезде в лагерь (около 15 000 жителей вернулись в новый смежный лагерь, но официальный старый лагерь остается пустующим). С шоссе его разглядеть невозможно, а фотографировать внутри запрещено. Текущие условия жизни в лагере, похожие на тюремные, - оскорбление счастливым воспоминаниям жителей.
«Видите того парня, который только что зашел в магазин со мной?», - говорит Халиль Авад, двоюродный брат и коллега Шади Авада. «Мы были соседями в течение 60 лет. Я палестинец, а он ливанец, и теперь ему нужно разрешение на визит ко мне. Между нами нет различий. Единственное, что нас разделяет – то, что это место превратилось в военную зону», - рассказывает Шади.
Так как же такое энергичное сообщество с долгой историей гармоничного сосуществования превратилось в место страшнейшего внутреннего конфликта в Ливане со времен гражданской войны? И почему прошло уже 2 года, а никакого четкого плана по восстановлению все еще нет?
Проблема лагерей беженцев
Проблемы палестинских лагерей беженцев в Ливане начались еще в конце 60-х гг вслед за поражением арабов в войне 1967 г. Серия принятых соглашений дала палестинцам некоторую форму суверенитета над своими лагерями, так же как и над частью южного Ливана. По каирскому договору 1969 г. 12 официальных лагерей на территории Ливана были вынесены из юрисдикции ливанской армии, что создало предпосылки для формирования палестинского вооруженного Сопротивления.
Это осложнилось событиями «черного сентября», когда палестинские лидеры были выдворены из Иордании в Ливан, превратив его в центр палестинской борьбы за свободу. На протяжении следующих 40 лет Ливан пережил серии израильских вторжений и бесчисленные нарушения своего суверенитета – в том числе оккупацию Бейрута в 1982 г.
Практически не имея гражданских прав, в том числе, права на голосование, на владение имуществом и труд во многих сферах занятости, но имея доступ к оружию, палестинцы в Ливане естественным образом стали радикализироваться.
Несмотря на вывод израильских войск из южного Ливана в 2000 г., до самого 2005 г. (когда были выведены сирийские войска) Бейрут игнорировал такие тяжелые проблемы, как гуманитарный кризис в палестинских лагерях беженцев. «В течение всего периода с начала 70-х по 2005 г. вопрос лагерей не был решен надлежащим образом», - говорит Халиль Маккави, бывший дипломатический представитель Ливана в ООН и руководитель Ливанско-палестинского комитета по диалогу.
«В Ливане были беспорядки, а палестинские лагеря были государством внутри государства. С 2005 г. мы усердно трудились над разрешением гуманитарной проблемы палестинцев в Ливане», - рассказывает он.
Хотя условия жизни в палестинских лагерях беженцев на территории Ливана, в том числе в Нахр аль-бариде, стали улучшаться в 2005 г., в них все еще было полным-полно оружия, что делало их привлекательными для самых крайних элементов и провокаторов самого разного толка.
«Мы убеждены, что пока эти лагеря существуют в таких жалких условиях и терпят лишения, они являются плодородной почвой для распространения крайних настроений», - говорит Маккави. - Доказательство этому – Нахр аль-барид, когда его захватили экстремисты».
20 мая 2007 г. ливанские вооруженные силы атаковали здание, в котором, по их информации, скрывались члены ранее неизвестной группировки «Фатах уль-Ислам» после ограбления банка. После этого ливанская армия вошла в лагерь и стала проверять каждый дом в поисках боевиков.
За этим последовал многочасовой бой между армией Ливана и «Фатах уль-Ислам». В отместку боевики убили шестерых солдат, спавших на блокпосте около лагеря. Бейрут ответил на это бомбоударами по всему лагерю.
За три последующих месяца лагерь стал объектом постоянных бомбардировок со стороны двух групп, в результате чего погибло более 300 человек и 33 000 человек лишились крыши над головой. Подавляющее большинство попавших под огонь составляли невинные мирные жители, и лишь малый процент населения лагеря действительно принадлежал к «Фатаху».
И снова беженцы
Тем временем большинство жителей Нахр аль-барида устремилось в ближайшие палестинские лагеря беженцев Беддави в пригороде Триполи (тем самым удвоив население лагеря), Мухаммра, в Триполи и Бейрут. Конфликт завершился 2 сентября 2007 г., когда ливанская армия взяла лагерь под свой полный контроль. Но для беженцев борьба за выживание продолжилась, ведь многие все еще живут в самодельных хижинах с тем минимумом вещей, которые они взяли с собой 2 года назад.
Реконструкция лагеря должна была уже начаться. Но когда ливанская армия обнаружила якобы руины римского города, проект был отложен «в долгий ящик». Были поданы ходатайства о возобновлении стройки, и ответ все еще ожидается.
План по восстановлению развалин лагеря уже есть, на случай если разрешение будет получено. Менеджер проекта Нахр аль-барид Чарли Хиггинс говорит, что руины будут засыпаны, и дальнейшая стройка начнется на высоте 1 метра от текущих развалин.
К настоящему моменту территория лагеря очищена от 11 500 неразорвавшихся снарядов, реконструкция уже продумана заново. Из необходимых на строительство $330 млн получено от благотворителей около $100 млн.
Но некоторые из жителей сомневаются, увидят ли они когда-нибудь восстановленный лагерь из-за деликатного вопроса «возвращения» палестинцев в свои страны, из-за древних руин под разрушенным лагерем и отсрочки в формировании нового правительства Ливана после июньских выборов.
«Будет сложно вернуть все как было, - говорит Шади Авад из мясной лавки. - Без правительства ничего не изменится».
Что касается руин римского города, то Шади считает это простой отговоркой правительства, чтобы и дальше откладывать проект – «римские руины есть по всему Ливану, но обычно никому до этого нет дела». Также Авад не кажется, что реконструкция лагеря поставит под угрозу право палестинцев на возвращение.
Ахмед Сайюр, ливанский торговец, который живет в непосредственной близости к лагерю и теперь входит туда только по специальному разрешению, говорит: «Я думаю, правительство будет мешать реконструкции из-за оружия».
До сих пор ни один из разрушенных палестинских лагерей в Ливане не был восстановлен.
Однако если все пойдет по плану, лагерь может быть полностью восстановлен за 2-3 года. Он будет считаться частью ливанской территории, т. е., если у него и будет свой муниципалитет, то оружия в нем не будет, а люди будут входить в лагерь и выходить из него без проверки на блокпосте.
Маккави говорит, что это было бы хорошим примером для других лагерей. С другой стороны, он считает: «Если лагерь не будет восстановлен, здесь будет 30 000-40 000 бездомных палестинцев». «Восстановление лагеря было бы добрым знаком того, что палестинцы получат право вернуться на родину», - добавляет он.
Сегодня жители Нахр аль-барида с нетерпением ждут возвращения в свои дома, предаваясь воспоминаниям о лучших днях и переживая о столь неопределенном будущем.
«Я не думаю, что реконструкция Нахр аль-барида пройдет без проблем. Но, мне кажется, это все же случится, - говорит Хиггинс. - Прежний рынок, когда-то процветавший, может открыться только в случае восстановления лагеря».
Брук Андерсон (Ливан)
«IslamOnline»
Лидер "Хезболлы" Сайед Хасан Насралла представил доказательства причастности Израиля к убийству бывшего премьер-министра Ливана Рафика Харири. На пресс-конференции в Бейруте в понедельник вечером секретарь ливанского движения сопротивления представил видеоматериалы израильских «беспилотников», свидетельствующих, что убийство Харири было проведено по приказу Тель-Авива.
